Вернулся человек с войны великой

Вместо предисловия картинка из памяти: кабинет первого секретаря Павлодарского обкома КПСС; заведующий сельхозотделом Денисов, начальник обллесоуправления Ергали Жайсанбаев и мы – 11 директоров лесхозов области – ждем пригласившего нас к себе первого секретаря обкома Семена Дмитриевича Елагина.

Заходит: “Здравствуйте, кто из вас Даневич?”. Встает директор Морозовского лесхоза: “Я”. Первый секретарь: “Вы у нас больше не работаете, вас не задерживаю, можете идти”. Обращаясь к Ергали: “Товарищ Жайсанбаев, сегодня же подпишите приказ об увольнении Даневича”. На недоуменное Даневича “почему?” поясняет: “Вы отпустили за пределы области Семипалатинскому гортопкомбинату по распоряжению Совмина 8 тысяч кубометров леса без предварительного уведомления обкома партии. Распоряжение подписано одним из полдюжины замов председателя. Это не постановление Совмина, для меня не указ. За область отвечаю я – и не позволю без согласования с обкомом вывозить лес в другую область”.

В диалог вклинивается наш Ергали и просит Первого разрешить Даневичу остаться, послушать, о чем речь дальше пойдет. Первый разрешает. Мудрейшим человеком был наш Ергали. Отечественную всю прошел “от звонка до звонка”, знал, как ему отстоять своего директора, как и он, вернувшегося с войны великой “всем смертям назло”.

Не скоро домой с войны вернуться получилось у Николая Демьяновича. Вторая мировая война закончилась 2 сентября 1945 года, а он все служил и служил… В запас был уволен в сержантском звании лишь в апреле 1950 года в соответствии с Постановлением Совета Министров СССР от 28.01.50. Первая запись в его трудовой книжке, датированная 11 мая того же года, - о принятии на работу в штат лесной охраны Павлодарского лесхоза на должность объездчика (вторая после должности лесника ступень в иерархии Государственной лесной охраны СССР: две золотистые лычки в зеленых петлицах на вороте синего форменного кителя).

Год назад в “Zona.kz” опубликована моя статья “Жил человек…” о Дмитрии Федоровиче Шекеро, вернувшемся с Великой Отечественной с двумя орденами Красной Звезды и медалями: “За боевые заслуги”, “За взятие Будапешта”, “За победу над Германией в Отечественной войне 1941-1945 гг.”. Был он человеком скромным, медалей не носил, не любил их треньканья при ходьбе; к военной гимнастерке, которую надевал в День Победы, были привинчены только два боевых ордена.

В “Служебной книжке военнослужащего срочной службы Вооруженных сил СССР” Даневича Н.Д. следующие записи о наградах: медаль “За отвагу”, пр. № 09 от 13.07.44 по 992-му стр. полку; медаль “За отвагу”, пр. № 08 от 03.04.45 по 1122-му стр. полку; медаль “За отвагу”, пр. № 037 от 27.04.45 по 1122-му стр. полку; медаль “За взятие Кенигсберга”, пр. № 25 от 08.10.46 по 1122-му стр. полку; медаль “За победу под Германией в Отечественной войне 1941-1945 гг.”, Указ Президиума Верховного Совета СССР от 9 мая 1945 г.

Я познакомился с Николаем Демьяновичем в марте 1953 года на весеннем предлесопосадочном семинаре лесоводов Павлодарской области Казахской ССР. Более 50 лет, до самой его кончины в июле 2003 года, длились наши уважительные друг к другу дружеские отношения, но не знал я, что в числе его государственных наград – три (!) боевые медали “За отвагу”.

Такое – большая редкость! Пожалуй, награжденных орденом Славы всех трех степеней многократно больше; мальчишеская память тех военных лет на ордена и медали на груди военных была очень цепкой. Но помню только двоих, тремя “За отвагу” удививших. Три “Славы” вызывали восхищение и уважение, но не удивляли.

Редкостно скромным, не желавшим светиться был Николай Демьянович. О его фронтовых наградах я узнал только в ходе работы над настоящей статьей. На подаренной мне фотографии на лацкане его форменного кителя с майорскими звездами в петлицах – всего один знак – “ХХХ лет безупречной службы в Государственной лесной охране СССР”. А ко времени съемки этого фото он уже имел и орден Отечественной войны I степени.

Он - уроженец села Новая Баковка Черниговской области Украинской ССР, родился 13 июля 1926 года. В 1940 году его родители по плановому переселению переехали в Казахстан, в колхоз им. Молотова Павлодарского района Павлодарской области; 14-летний Коля, как и его родители, и на новом месте стал колхозником. По достижении 17 лет в июле 1943 года Павлодарский райвоенкомат призвал его в армию. В декабре он уже на войне, воюет в составе 1253-го, 992-го и 1122-го стрелковых полков на 3-м Белорусском и 2-м Прибалтийском фронтах в качестве стрелка, автоматчика, пулеметчика, наводчика артиллерийского орудия.

Его боевой путь на заключительном этапе войны хорошо прослеживался по приказам Верховного главнокомандующего И.Сталина: № 247 от 23.01.45, № 258 от 27.01.45, № 259 от 04.02.45 и № 317 от 29.03.45. В них красноармейцу Даневичу Н.Д. объявлялись благодарности за отличные боевые действия при прорыве долговременной укрепленной оборонительной линии немецких войск в районе Мазурских озер, овладении в Восточной Пруссии городами Ангенбург и Бартенштайн, разгроме группы немецких войск юго-западнее города-крепости Кенигсберг.

Отслужив свое с лихвой, Николай Демьянович вернулся к родителям и без какого-либо послеармейского праздного отдыха поступил на работу в местный Павлодарский лесхоз. Вскоре его направили на учебу в Лениногорскую шестимесячную лесную школу. После ее окончания был направлен на работу в Ленточные боры на инженерную должность в Морозовский лесхоз.

Серьезным было это назначение. Действовало Постановление Совета Министров СССР “О восстановлении и охране Ленточных боров Алтайского края и Казахской ССР”, подписанное самим Сталиным; ответственность за выполнение высочайшая. Отлично справился с новыми обязанностями Николай Демьянович, в ноябре 1954 года был назначен директором лесхоза.

Одним из лучших директоров лесхозов в области стал, полагаю, и в Казахской Республике тоже, сужу по своему десятилетнему опыту работы в аппарате Министерства лесного хозяйства Казахской ССР. Трудолюбия ему было не занимать. Над собой постоянно работал, заочно окончил лесохозяйственный факультет Казахского сельскохозяйственного института, стал дипломированным инженером лесного хозяйства. Отлично ладил с людьми, как с ему подчиненными, так и с пребывающими в им командующих властных структурах (партийных, советских, хозяйственных).

Морозовский лесхоз – это Бескарагайский район, зона максимального радиационного риска Семипалатинского испытательного ядерного полигона. Зацепила Николая Демьяновича лучевая болезнь, плохо стал себя чувствовать, волосы с головы посыпались. Хорошо, что его супруга Валентина Никитична, мать двоих его сыновей, сельский врач высочайшей квалификации, в то время была избрана депутатом верховного Совета Казахской ССР. Ее профессиональное умение и доступ к лучшим лечебным средствам помогли преодолеть зловещий недуг, отступила болезнь.

По настоянию Валентины Никитичны Николай Демьянович отказался от директорства, стал работать в лесхозе простым инженером, позже дал согласие на перевод на должность главного лесничего (заместителя директора лесхоза). В 1977 году перевелся на работу в Иртышский лесхоз, центральная усадьба которого расположена в черте г. Семипалатинска, в котором действует диспансер № 4, организованный в 50-е годы специально для оказания помощи пострадавшим от ядерных испытаний и наблюдения за ними.

В 1986 году стал пенсионером по возрасту. К этому времени к боевым наградам прибавились 7 юбилейных медалей и медали “За освоение целинных земель” и “Ветеран труда”. От двух сыновей у него и Валентины Никитичны 4 внука.

В апреле 2002 года три семьи Даневичей отметили 50-летие совместной жизни Николая Демьяновича и Валентины Никитичны. Состоялась золотая свадьба. Нельзя не позавидовать по-доброму их прекрасной, содержательной жизни, их духовности.

Помимо тягот фронтовых лет на долю Николая Демьяновича выпало и других много: голод 30-х годов прошлого столетия на Украине, переезд в Казахстан, хотя и по плановому переселению, но ведь и не от доброй жизни, зона максимального радиационного риска, самодурство вышестоящих… Было по обывательским суждениям за что предъявлять претензии власти советской. Но не предъявлял, ее патриотом был, лихо за нее воевал, жизнь послевоенную в стране Советов обустраивал по-хозяйски. Честно по жизни шел. И коммунистом был не по принуждению. А по сердца велению. Даже на Семена Дмитриевича не обижался, говорил: “А чем Аким Джакиянов лучше? При нем река Иртыш безработной стала, а при Елагине среди всех рек СССР седьмой по грузоперевозкам была”.

Николай Демьянович скоропостижно скончался 27 июля 2003 года от внезапной остановки сердца.