К вопросу об основании казахского ханства

История Казахского ханства занимает центральное место в истории Казахстана. В этом факте нет ничего удивительного, поскольку история массагетов и савроматов, гуннов и тюрков, огузов и кипчаков является и историей многих других народов, в то время как история Казахского ханства считается историей исключительно казахского этноса. Разумеется, и с этим утверждением можно поспорить, но в данной статье автор хотел бы остановиться на других моментах.

Что же говорят нам ученые об истории возникновения Казахского ханства? Практически все труды - и сугубо научные, и научно-популярные - повествуют нам следующее.

В первой половине XV века в восточной части Дешт-и-Кипчака существовало так называемое “государство кочевых узбеков”. Основано оно было в 1428 году ханом Абулхаиром – чингизидом шибанидской ветви (Шибан – сын Джучи хана, внук Чингисхана). После нескольких победоносных войн Абулхаиру удалось овладеть большей частью территории нынешнего Казахстана. Однако примерно в 1457 году этот хан потерпел сокрушительное поражение в войне с ойратами (западными монголами). Сложившейся в ханстве ситуацией воспользовались вассалы Абулхаира - султаны Гирей и Джанибек и с группой своих приверженцев откочевали в пределы соседнего Моголистана. За беглецами закрепилось название “узбеки-казаки”. Термином “казак” в то время обозначали степную вольницу, не входившую в состав улусов, возникших на развалинах Золотой Орды. Сам же факт откочевки Гирея и Джанибека, по мнению историков, имел огромное значение в истории как казахского этноса, так и казахского государства.

Могольский хан Есен-Бука радушно встретил мятежных султанов и поручил им охранять западную границу своего государства. Между тем количество казаков увеличивалось с каждым годом за счет все новых и новых партий беженцев из Узбекского ханства. Весьма недовольный таким положением дел, хан Абулхаир решил наказать сепаратистов и в 1468 году предпринял поход на казаков, но внезапно скончался.

На место покойного воцарился его сын Шайх-Хайдар. Однако, видимо, наследник не обладал талантами своего отца и не сумел удержать в своих руках бразды правления. Вожди многих племен, почуяв слабость монарха, перестали повиноваться центральной власти и повели открытую борьбу против хана. К тому же в “Узбекистан” вернулись Гирей и Джанибек во главе многотысячного войска. Спустя некоторое время Шайх-Хайдар был убит, а власть в улусе перешла в руки казачьих султанов. Собственно, этот момент историки и считают началом возникновения Казахского ханства. Соответственно, основателями этого государства считаются ханы Гирей и Джанибек.

На первый взгляд все выглядит довольно складно и убедительно. Вообще подобное понимание истории возникновения Казахского ханства было разработано еще в эпоху Российской империи. Но несомненно наиболее существенный вклад в изучение вопроса внесли ученые советской научной школы. Поскольку именно в советское время были переведены и изданы многие источники, имеющие прямое отношение к истории Казахстана. Справедливости ради необходимо признать, что ведется серьезная работа и в нынешнее время. Однако сама концепция остается прежней. Историки спорят лишь о некоторых нюансах: датах, терминах, именах и т.п.

Но при более глубоком изучении истории появляются вопросы, ответы на которые, мягко говоря, удивляют. В это трудно поверить, но все красочные описания откочевки Гирея и Джанибека, изложенные на страницах многих десятков солидных научных книг и простых школьных учебников, опираются на один единственный источник, а именно - на “Тарих-и-Рашиди” – сочинение, написанное в XVI веке Мухаммад Хайдар Дуглатом. Если не считать более поздние летописи, прямо пересказывающие Мухаммад Хайдар Дуглата, других источников упоминающих об этом событии попросту нет.

Конечно, можно сказать, что очень многие события не то что в казахской, но и в мировой истории нам известны зачастую только из одного источника. Но в том-то и дело, что современные историки имеют на руках несколько летописей, в которых описаны события, происходившие на территории Казахстана в XV веке. Первое место среди них, безусловно, занимает “Тарих-и Абу-л-Хайр-хани”, написанное Масудом бен Османи Кухистани. В этом сочинении автор подробнейшим образом описывает все более или менее значимые события, происходившие в “Узбекском” улусе в 20-60-х гг. XV века, перечисляет все племена, подчинявшиеся власти Абулхаира, называет поименно всех придворных и военачальников, однако и словом не упоминает о Гирее и Джанибеке. Такая же картина обнаруживается и при знакомстве с трудами других шибанидских историков.

Ханы шибанидской династии были заклятыми врагами казахских чингизидов, и естественно, что их придворные историки стремились отразить исторические версии, отвечающие требованиям государственной идеологии. Вот, к примеру, один из образцов описания политических противников Абулхаира в исполнении Кухистани: “Махмуд-хан и Ахмад-хан, которые были из падишахов потомства Джучи, не пошли ногою повиновения и послушания и, подняв знамя мятежа и бунта, находились на стоянке непокорности и непослушания”. И очень трудно понять, почему тот же Кухистани не пожелал выставить Джанибека и Гирея простыми отщепенцами и смутьянами – “казаками-разбойниками”, восставшими против власти, уполномоченной самим всевышним. Еще тяжелее понять, почему единственный известный истории “казахский” летописец Кадыргали Джалаири не стал упоминать о роли “отцов-основателей” в становлении Казахского ханства.

Ответ на эти вопросы может быть только один. Никакой “откочевки” на самом деле не происходило. Мухаммад Хайдар Дуглат либо отразил какую-то историческую байку, которых было много во все времена, либо сознательно по каким-то причинам пошел в своем сочинении на вымысел. Следует учитывать и тот факт, что все сведения о казахах этот автор получал из третьих уст. Истины теперь уже не узнать никогда, но версию Мухаммад Хайдар Дуглата об основании Казахского ханства необходимо отбросить, как не соответствующую принципам изучения исторической науки.

“А как же тогда быть с фольклорными данными: легендами, поэмами, сказками, в которых центральное место занимает именно хан Азь-Джанибек – Мудрый Джанибек?”, - может спросить осведомленный читатель. И действительно: в устном народном творчестве имеет место быть обширный материал, касающийся хана с таким именем. Видимо, на этом основании некоторые нынешние казахские историки (даже вопреки документальным свидетельствам) провозглашают главенство в ханском тандеме Гирей-Джанибек, именно за последним. Но все же трезвая оценка исторического материала позволяет с уверенностью говорить о том, что все легенды о мудром правителе имели прообразом золотоордынского хана Джанибека (годы прав. 1341-1357), который действительно был чрезвычайно популярен в народе и даже в русские летописи вошел под именем “доброго царя”.

Если же по причине полной несостоятельности миф об основании Казахского ханства Гиреем и Джанибеком будет отброшен, то глазам исследователей предстанет совершенно иная историческая картина. Очевидно, что в таком случае первым казахским ханом необходимо будет признать хана Уруса (годы прав. 1368-1377), провозгласившего столицей своей “Йуз-Орды” город Сыгнак. Кстати, практически об этом и говорит Кадыргали Джалаири. Не случайно все казахские чингизиды возводили свои родословные древа к хану Урусу. И все окрестные народы считали первым казахским ханом именно Уруса. К примеру, Барабинские татары во времена покорения Сибири доводили до сведения российских властей, что являются данниками “Урусовых царевых детей”.

Противники подобного утверждения могут возразить, что ордынцы времен Уруса еще не именовали себя “казахами”, но на самом деле степняки времен Гирея и Джанибека тоже не использовали этот термин в качестве самоназвания. Политический термин “казах” превратился в этноним значительно позже. А так называемые “казахи” еще очень долго чувствовали себя единым народом и с ногайцами и с кипчаками Средней Азии. Так, например в XVII веке казахского царевича Ураз-Мухаммеда “татарская” знать Московского государства считала своим без всяких кавычек, причем настолько, что за его гибель головой поплатился Лжедмитрий II. Еще в XVIII веке в Младшем Жузе были популярны идеи откочевки на Северный Кавказ для объединения с ногайцами. И вплоть до XIX века узбеки, являвшиеся господствующим этносом в Средней Азии, считали казахов своими, частенько “заимствуя” у них султанов и ханов, в то время как с сартами (коренными жителями Узбекистана и Таджикистана) узбеки даже не вступали в браки. Никакого самостоятельного казахского этноса в пределах нынешней территории Казахстана в те времена не существовало. Кочевые татары, узбеки, ногайцы, казахи были скорее субэтническими группами единого этноса с единым языком (кипчакским) и культурой, разделенного в основном политическими границами. Потому такие эпические произведения того периода как “Кобланды”, “Едыге” или “Алпамыс” являются общими для многих современных народов. Образование казахского этноса и образование ханства являются совершенно различными процессами, между собой связанными, но протекавшими с разной скоростью. И совершенно напрасно многие ученые, в числе которых был и Лев Гумилев, считали, что казахский этнос и казахское государство возникли практически одновременно в XIV-XV веках.

В принципе, ханство, которое позже стало называться казахским, существовало еще раньше и основано было Орда-Еженом - сыном Джучи, внуком Чингисхана, но оно подчинялось Золотой Орде, и только Урус покончил с этой номинальной зависимостью от потомков хана Бату. Таким образом, хан Урус подобен московскому князю Ивану III, который считается первым суверенным правителем Руси после “монголо-татарского ига”. Конечно, ханство Уруса, как и все кочевые государства, было неустойчивым и периодически распадалось, но в таком состоянии оно все-таки сумело просуществовать до XVIII века.

Первый удар по ханству нанес хромой Тимур сразу после смерти хана Уруса, при жизни стойко противостоявшего напору нового завоевателя мирового масштаба. Но Тимур, как известно, подчеркнуто уважительно относился к потомкам Чингиса и на престол в Сыгнаке в 1395 году посадил сына Уруса – Куюрчука. Однако новый правитель не сумел удержаться у власти долго и вскоре погиб в очередной междоусобице.

После нескольких лет смуты в 1419 году ханом стал сын Куюрчука – Барак. Новый правитель отличался энергичностью и решительностью. Ему удалось вновь отвоевать у тимуридов Сыгнак и на короткое время даже удавалось овладеть Сараем. Барак четко позиционировал себя ханом независимого государства и продолжателем традиций хана Уруса, потому и заявлял Улугбеку: “Пастбище Сыгнака по закону и обычному праву принадлежит мне так как дед мой Урус-хан проживал в Сыгнаке и воздвиг там постройку”. В 1428 году Барак погиб, причем известные источники предлагают сразу несколько версий. По мнению одних, Барак был убит в войне с золотоордынцами, по версии других, в его гибели виновны моголы, третьи утверждают, что он был умерщвлен ногайцами, и, наконец, четвертые говорят, что правитель пал в результате заговора собственных эмиров. ,

В том же году (по другим сведениям в 1429 г.) в Тюмени при весьма туманных обстоятельствах ханом Дешт-и-Кипчака был избран Абулхаир. Шибанидские летописи умалчивают о том, каким образом семнадцатилетнему султану удалось добиться трона. Притом, что ханским титулом не обладал ни один из предков Абулхаира на протяжении семи поколений. Но все же кое-какие выводы при знакомстве с трудами уже упомянутого Кухистани, а также, например, Камал-ад-Дина Али Бинаи сделать можно. Во-первых, в сочинениях этих авторов приводятся имена различных персонажей, благодаря которым “казаковавшему” Абулхаиру удалось добиться власти. Судя по всему, юный султан пользовался нешуточной поддержкой со стороны степной аристократии, и может быть, не зря из источников сообщает о гибели хана Барака от рук своего окружения. Во-вторых, верными сторонниками Абулхаира были ногайские беки, также приложившие немало сил к его воцарению. В то же время именно ногайцы были ярыми противниками хана Барака, так как последний был виновником гибели известного бека Мансура. Племянник Мансура – Ваккас - был ближайшим соратником Абулхаира. Поэтому, наверное, источники оправданно говорят и о “ногайском следе” в истории убийства хана Барака.

Обе эти версии не противоречат друг другу и позволяют прийти к мнению, что совсем не случайно гибель хана Барака и избрание ханом Абулхаира практически совпали по времени. Вполне вероятно, что если в убийстве законного властителя Абулхаир и не был замешан напрямую, то оно наверняка было совершено его союзниками. Именно поэтому с самого начала правления Абулхаиру пришлось вести борьбу с чингизидами других ветвей, видимо, не желавших признавать выскочку настоящим ханом. Естественно, что потомки хана Уруса тем более не признавали и не собирались признавать узурпатора. Вот потому шибанидские историки и не упоминали их никогда среди вассалов хана Абулхаира. Гирей и Джанибек утратив многие позиции, сумели сохранить независимость, продолжая управлять несколькими племенами. И поскольку в глазах населения и по степным законам они являлись легитимными ханами, число их сторонников все время росло. Лишь благодаря поддержке народных масс, после смерти Абулхаира, они так легко установили контроль над восточным Дешт-и-Кипчаком.

Таким образом, правнуки Уруса никак не годятся на роль основателей ханства и могут именоваться разве что реставраторами власти своей династии. Подлинным же основателем Казахского ханства следует считать только хана Уруса, тем более что так наверняка полагали и Гирей с Джанибеком. Не говоря уж о том, что лишь с подобной точки зрения можно обрести понимание истории этого кочевого государства.