Власть партноменклатуры.

1

Джеки
Аноним 

Если при Капитализме обществом правит Конституция, Закон и Частная собственность, а чиновник там предназначен просто следить за правильным исполнением его величества Закона

Вольдемар! Я Вас умоляю..

2

Ертур
Аноним 

Знаем, Владимир, знаем.

Кстати, вижу что Вы тоже интересуетесь деятельностью Сталина. Я вот недавно увидел новую книгу - воспоминания о нем, от человека, который непосредственно работал с ним -
http://militera.lib.ru/memo/russian/golovanov_ae/index.html - рекомендую.

Там есть глава "О стиле работы Верхновного" - дюже интересно.

3

Anonymous
Аноним 

Уважаемые журналисты! Сегодня 18.03.2008 будет встреча с новым ректором Мед Универа. Его зовут Ахан Аханович. Сами убедитесь в современности студентов Мед. Универа.

Адрес: Массанчи-Кирова, "Конгресс Холл", в 14:00. !8.03.2008.

студенты КазНМУ

4

Еркен
Аноним 

Нет-нет... Джеки. Тут Володя совершенно прав.
В вас сказывается результат промывания мозгов советской пропагандаой. 70 лет нас пугали в детстве ужасными и злыми капиталистами, в виде кровожадных акул с целиндрами на голове и сигарой в пасти.
На самом деле, здесь я внесу маленькую поправочку автору, капитализм - это миф, придуманный Марксом.
Нет такого понятия в современном мире. То, о чем сейчас говорит Володя, называется рыночной экономикой.

Сейсас у себя мы имеем, то что имеем. Это можно назвать чем угодно, но не рыночной экономикой. Вернее она существует ради обывателей лишь на уровне базаров, мини-маркетов и киосков, видимо ради забавного эксперемента. Крупный же бизнес остается действительно в номенклатурной собственности. Это власте-бизнес. Делание капитала за счет должности.
Остальная бизнес-элита - это всего лишь домашний скот, его фукция работать, зарабатывать и делиться...

5

Еркен
Аноним 

А если быть до конца откровенным, то нынешнюю систему можно без зазрения совести определить как завуалированная форма рабства. Есть феодалы (не будем пальцем показывать) и есть крепостные. Есть своя барщина и оброк (партийная касса Нуротана). Есть вассалы (собиратели оброка, областные акимы), у которых есть свои вассалы (районные акимы и городов)
Есть и свои преторианцы (Арыстан) и естьтайная канцелярия (КНБ).

6

Злой
Аноним 

Ертур, привет!

тебе рекомендую еще почитать это

http://stalinism.newmail.ru/benedikt.htm

Заметь, что интервью взято в начале 80-х, опубликовано в конце 80-х. Следовательно, очень сдержанно говорили. Но и в таком виде очень много откровений.

Владимир, а ты оказывается наивен. Наивность в 17 лет простительна. А после - не очень.

7

мустанг
Аноним 

Ертур , что на это скажешь?
Посмотрел на головановские стоны восхищений о сталинском стиле

Сделал некоторые заметки. Теперь будем разбирать каждый тезис отдельно. Я понимаю твою языческую тягу в сторону сильной руки, особенно на фоне разгула НаНовской бюрократии. Но НАН и К есть прямое продолжение сталинской мудрой кадровой политики. Здесь Вальдемар прав


Слово Сталина.

Голованов: "Болтунов Сталин не терпел. Не раз слышал я от него, что человек, который не держит своего слова, не имеет лица. О таких людях он говорил с презрением. И наоборот, хозяева своего слова пользовались его уважением"


7 апреля 1935 года советское правительство опубликовало закон, небывалый в истории цивилизованного мира. Этим законом провозглашалась равная со взрослыми ответственность, вплоть до смертной казни, для детей от двенадцати лет и старше за различные преступления, начиная с воровства
ещё в 1932 году, когда сотни тысяч беспризорных детей, гонимых голодом, забили железнодорожные станции и крупные юрода, Сталин негласно издал приказ: те из них, кто был схвачен при разграблении продовольственных складов или краже из железнодорожных вагонов, а также те, кто подхватил венерическое заболевание, подлежали расстрелу. Экзекуция должна была производиться в тайне. В результате этих массовых расстрелов и других "административных мероприятий" к лету 1934 года проблема беспризорных детей была разрешена в чисто сталинском духе.
Его цель была совершенно иной, и выяснилось это, когда Сталин своими инквизиторскими методами начал готовить старых "соратников" к первому московскому процессу 1936 года.
Как я уже упоминал, Зиновьев, и Каменев на какое-то время утолили сталинскую жажду мести, согласившись на тайном судилище 1935 года признать свою "морально-политическую ответственность" за убийство Кирова. Но ненадолго: для ликвидации их обоих, а заодно и других заслуженных членов партии Сталин нуждался в недвусмысленном "признании" Зиновьева и Каменева в том, что именно они организовали покушение на Кирова и вдобавок намеревались убить его самого. Чтобы заставить Зиновьева и Каменева показывать такое на самих себя, и притом в открытом судебном заседании, требовались новые, особо утончённые и эффективные инквизиторские методы. Надлежало найти в душе этих сталинских заложников самую уязвимую, самую чувствительную точку и использовать соответствующий приём пытки.
Такая болевая точка была найдена: привязанность старых большевиков к своим детям и внукам. Лидерам оппозиции уже однажды угрожали карой, которая может постигнуть их детей. Это произошло в ходе подготовки тайного судилища 1935 года. Тогда они не поверили этим угрозам, полагая, что даже Сталин не пойдёт на такое чудовищное преступление. А теперь бывшим оппозиционерам, находящимся в заключении, просто показали копию газетного листа, где был опубликован правительственный указ, обязывающий суд применять к детям все статьи уголовного кодекса, а стало быть, и любую кару, включая и смертную казнь. Стало ясно, что Сталина они недооценили и что их дети и внуки оказались в смертельной опасности. Так новый закон вошёл в арсенал средств сталинской инквизиции в качестве одного из наиболее действенных орудий моральной пытки и психического давления. Секретарь ЦК Николай Ежов лично распорядился, чтобы текст этого закона лежал перед следователями на всех допросах.
Из всех арестованных членов партии, отобранных Сталиным для открытого процесса, наибольшее значение он придавал Зиновьеву и Каменеву. С этими двумя ближайшими соратниками Ленина, способными объединить вокруг себя партийные массы, Сталин вновь сводил свои старые счёты - и на сей раз уже окончательно.
Даже верхушка НКВД, знавшая коварство и безжалостность Сталина, была поражена той звериной ненавистью, какую он проявлял в отношении старых большевиков, особенно Каменева, Зиновьева и Смирнова. Его гнев не знал границ, когда он слышал, что тот или иной заключённый "держится твёрдо" и отказывается подписать требуемые показания. В такие минуты Сталин зеленел от злости и выкрикивал хриплым голосом, в котором прорезался неожиданно сильный грузинский акцент: "Скажите им, - это относилось к Зиновьеву и Каменеву, - что бы они ни делали, они не остановят ход истории. Единственное, что они могут сделать, - это умереть или спасти свою шкуру. Поработайте над ними, пока они не приползут к вам на брюхе с признаниями в зубах!"
Чтобы их сильнее вымотать, Ягода распорядился включать в их камерах центральное отопление, хотя стояло лето и в камерах без того было нечем дышать. Время от времени подсаженные агенты вызывались якобы на допрос, а в действительности для того, чтобы доложить начальству результаты своих наблюдений, отдохнуть от невыносимой жары и подкрепиться. Едва переступив порог следовательского кабинета, они спешили сбросить мокрые от пота рубахи и набрасывались на приготовленные для них прохладительные напитки.Зиновьев страдал астмой и мучился от жары. Вскоре его страдания усугубились: его начали изводить приступы колик в печени. Он катался по полу и умолял, чтобы пришёл Кушнер - врач, который мог бы сделать инъекцию и перевести его в тюремную больницу. Но Кушнер неизменно отвечал, что не имеет права сделать ни то, ни другое без специального разрешения Ягоды. Его функции ограничивались тем, что он выписывал Зиновьеву какое-то лекарство, от которого тому становилось ещё хуже. Было сделано всё, чтобы полностью измотать Зиновьева и довести его до такого состояния, когда бы он был готов на всё. Конечно, при этом Кушнер был обязан следить, чтобы Зиновьев, чего доброго, не умер.
Даже смерть не должна была избавить Зиновьева от той, ещё более горькой судьбы, какую уготовил ему Сталин
Зиновьев высказал мнение, что необходимо явиться на суд, но при условии, что Сталин лично подтвердит обещания, которые от его имени давал Ежов. Несмотря на некоторые колебания и возражения, Каменев в конце концов согласился с ним, выдвинув условие для переговоров: Сталин должен подтвердить свои обещания в присутствии всех членов Политбюро.
После такого разговора "наедине" Зиновьев и Каменев были доставлены в кабинет Ягоды. Каменев объявил, что они согласны дать на суде показания, но при условии, что Сталин подтвердит им свои обещания в присутствии Политбюро в полном составе.
Сталин воспринял известие о капитуляции Зиновьева и Каменева с нескрываемой радостью. Пока Ягода, Мол чанов и Миронов подробно докладывали ему, как это произошло, он, не скрывая удовлетворения, самодовольно поглаживал усы. Выслушав доклад, он встал со стула и, возбуждённо потирая руки, выразил своё одобрение: "Браво, друзья! Хорошо сработано!"
Из членов Политбюро, кроме Сталина, там был только Ворошилов. Он сидел справа от Сталина. Слева сидел Ежов, Зиновьев и Каменев вошли молча и остановились посередине кабинета. Они ни с кем не поздоровались. Сталин показал рукой на ряд стульев. Мы все сели - я рядом с Каменевым, а Молчанов - с Зиновьевым.
- Ну, что скажете? - спросил Сталин, внезапно посмотрев на Зиновьева и Каменева, Те обменялись взглядами.
- Нам сказали, что наше дело будет рассматриваться на заседании Политбюро, - сказал Каменев.
- Перед вами как раз комиссия Политбюро, уполномоченная выслушать всё, что вы скажете, - ответил Сталин. Каменев пожал плечами и окинул Зиновьева вопросительным взглядом. Зиновьев встал и заговорил.
Зиновьев взывал к благоразумию Сталина, заклиная его отменить судебный процесс и доказывая, что он бросит на Советский Союз пятно небывалого позора. "Подумайте только, - умолял Зиновьев со слезами в голосе, - вы хотите изобразить членов ленинского Политбюро и личных друзей Ленина беспринципными бандитами, а нашу большевистскую партию, партию пролетарской революции, представить змеиным гнездом интриг, предательства и убийств... Если бы Владимир Ильич был жив, если б он видел всё это! - воскликнул Зиновьев и разразился рыданиями
- А где гарантия, что вы нас не расстреляете? - наивно спросил Каменев.
- Гарантия? - переспросил Сталин. - Какая, собственно, тут может быть гарантия? Это просто смешно! Может быть, вы хотите официального соглашения, заверенного Лигой Наций? - Сталин иронически усмехнулся. - Зиновьев и Каменев, очевидно, забывают, что они не на базаре, где идёт торг насчёт украденной лошади, а на Политбюро коммунистической партии большевиков. Если заверения, данные Политбюро, для них недостаточны, - тогда, товарищи, я не знаю, есть ли смысл продолжать с ними разговор.
Сталин назвал Зиновьева и Каменева товарищами), что мы, большевики, являемся учениками и последователями Ленина и что мы не хотим проливать кровь старых партийцев, какие бы тяжкие грехи по отношению к партии за ними ни числились.
Последние слова, добавил Миронов, были произнесены Сталиным с глубоким чувством и прозвучали искренне и убедительно.
"Зиновьев и Каменев, - продолжал Миронов свой рассказ, - обменялись многозначительными взглядами. Затем Каменев встал и от имени их обоих заявил, что они согласны предстать перед судом, если им обещают, что никого из старых большевиков не ждёт расстрел, что их семьи не будут подвергаться преследованиям и что впредь за прошлое участие в оппозиции не будут выноситься смертные приговоры. - Это само собой понятно, - отозвался Сталин.
Физические страдания Зиновьева и Каменева закончились. Их немедленно перевели в большие и прохладные камеры, дали возможность пользоваться душем, выдали чистое бельё, разрешили книги (но, однако же, не газеты). Врач, выделенный специально для Зиновьева, всерьёз принялся за его лечение. Ягода распорядился перевести обоих на полноценную диету и вообще сделать всё возможное, чтобы они на суде выглядели не слишком изнурёнными. Тюремные охранники получили указание обращаться с обоими вежливо и предупредительно. Суровая тюрьма обернулась для Зиновьева и Каменева чем-то вроде санатория.

8

Anonymous
Аноним 

Интересно, может кто-нибудь выдаст свидетельства, что анашист-грузин сам сваей больной с детства ручкой колол какие-то снадобья горским жидам Зиновьеу-Каменеву и кричал сваим ужасным акцентом

СМЕРТЬ ЖИДАМ и жид Ягода ( иегова ) жалостливо и нежно снимал ломку укольчиком

ГДЕ-то читал, как пятнадцатилетная Наденька в осажденном Царицине училась стрелять из маузера по офицерам и расстреляв всю обойму начинала топтать неподыхающих офицеров грузинскими чувяками и муж в страшном гневе орал из окошка вагончика

МЕНЯ ВСЕ СЧИТАЮТ ИМПОТЕНТОМ ИЗ-ЗА ТВАИХ САДИСТСКИХ СЕКСУАЛЬНЫХ ЗАБАВ

и больной ручкой сам перезаряжал маузер для любимой Аллллилуевой

9

Злой
Аноним 

Мустангу

И фильм \"Сволочи\", по-твоему, конечно же основан на реальных событиях?

Ссылку дай на свою тупую ложь.

Любая система подчиняется неким своим установкам, перешагнуть через которые не может. Иначе - смерть системы. Примеры:

Некоторые говорят, что в начале 40-х Гитлер мог бы человечнее относится к украинцам, белорусам, евреям, наконец. И войну бы он выиграл. Нет, такое невозможно! Если бы он так делал, то лишился бы своей идеологии \"Дойчланд - юбер аллес\". Следовательно, не смог бы даже начать войну. А во время войны смена идеологии также невозможна - армия распадется или устроит переворот.

Или представь, что НАН реально начал бороться с коррупцией. Это также невозможно по тем же причинам - он в плену собственной идеологии. Перестанет воровать, заставит приближенных не воровать - лишится трона или жизни (эот в данном случае одно и тоже).

Сомневаюсь, что ты поймешь эту логику. Такого в книжках не пишут. Это всегда - между строк. Вовлеченным это понятно. Та же логика и со Сталиным. Он просто не мог так поступать, как пишешь ты (откуда скопировал?). Это - в разрез идеологии.

А вот следующие примеры (широкоизвестные и общепринятые, в отличие от того, что ты накопал) - все согласно советской идеологии, советского мировоззрения:

1. Даже в самые критические дни ВОВ школа всегда действовала! Запрещалось оставлять детей без учебы.

2. Макаренко и Сухомлинский - великие педагоги, рождение и творчество которых возможно было только в СССР. Макаренко успешно перевоспитывал беспризорников. Даже преступников. Кстати, ты сильно удивишься и не поверишь, но с беспризорниками было к 30-м годам покончено (так что твой опус - фальшивка). Кстати, ты не поверишь, но борьбой с беспризорщиной занимался ЧК... Не расстрелами и тюрьмами, а распределением в детдома, интернаты и школы типа Макаренко. Тогда детдом - не тот, что у нас.

3. Ты не поверишь, но план восстановления гоорда Ленинграда после войны, генплан развития был разработан в разгар блокады! В 1942 г., если не ошибаюсь. Ленинградскими учеными. Наперед думали!

4. Реформой школы, стандартизацией всех книг школы, внедрением разнополового обучения и многим другим занялись в 1944 году! Не ждали окончания войны...

5. Коммиссия по зверствам фашизма (тосного названия не помню), документы которой были использованы главным обвинителем - СССР - на Нюрнбергском процессе, была сформирована через месяц после начала войны. До победы еще ой как далеко, а Сталин уже думал над обвинительными документами. Вот идиот, да?!

Я привел лишь некоторые примеры, которые не часто обсуждаются в книгах, проходят мимо внимания. Но они очень красноречивы сами по себе.

Пойми, что идеология не позволяла Сталину расстреливать детей, посылать их в тыл врага, как показано в фильме \"Сволочи\".

Без надежды на понимание,
Злой

10

мустанг
Аноним 

Злой, я успею с тобой поговорить. И про фильмы "сволочи" поговорить. Я те не про нынешнюю хужожественную вакханалию ружессурав ельцин -путин говорю, хотя елтцин -путин есть тоже продожение сталинизма, которое еще не закончилось.

Продолжение общения с Ертуром

Скромность и неприхотливость Сталина. Часть 1


Голованов: Скромность его жилья соответствовала скромности квартир В. И. Ленина. Хотелось бы сказать и о быте Верховного, который мне довелось наблюдать. Этот быт был также весьма скромен. Сталин владел лишь тем, что было на нем. Никаких гардеробов у него не существовало


Личная охрана Ленина состояла из двух человек. После того как его ранила Каплан, число телохранителей было увеличено вдвое. Когда же к власти пришёл Сталин, он создал для себя охрану, насчитывающую несколько тысяч секретных сотрудников, не считая специальных воинских подразделений, которые постоянно находились поблизости в состоянии полной боевой готовности. Такую могучую охрану организовал для Сталина Паукер. Только дорогу от Кремля до сталинской загородной резиденции, длиной тридцать пять километров, охраняли более трёх тысяч агентов и автомобильные патрули, к услугам которых была сложная система сигналов и полевых телефонов.
Эта многочисленная агентура была рассредоточена вдоль всего сталинского маршрута, в подъездах домов, в кустарнике, за деревьями. Достаточно было постороннему автомобилю задержаться хоть на минуту - и его немедленно окружали агенты, проверявшие документы водителя, пассажиров и цель поездки. Когда же сталинская машина вылетала из кремлёвских ворот - тут уж и вовсе весь тридцатипятикилометровый маршрут объявлялся как бы на военном положении.

Абрам Беленький был всего лишь начальником охраны Ленина и других членов правительства. Он почтительно соблюдал служебную дистанцию между собой и охраняемыми лицами. А Паукер сумел занять такое положение, что членам Политбюро приходилось считать его чуть ли не равным себе. Он сосредоточил в своих руках обеспечение их продуктами питания, одеждой, машинами, дачами; он не только удовлетворял их желания, но к тому же знал, как разжечь их. Для членов Политбюро он поставлял из-за рубежа последние модели автомобилей, породистых собак, редкие вина и радиоприёмники, для их жён приобретал в Париже платья, шёлковые ткани, духи и множество других вещиц, столь приятных женскому сердцу, их детям покупал дорогие игрушки. Паукер сделался чем-то вроде Деда Мороза, с той разницей, что он развозил подарки круглый год. Неудивительно, что он был любимцем жён и детей всех членов Политбюро.Вскоре обитатели Кремля перестали смотреть на Паукера лишь как на безотказного поставщика удовольствий. С ним начали считаться как с человеком, который знаком с личной жизнью кремлёвской верхушки и знает множество интимных деталей, способных подорвать престиж "вождей международного пролетариата". Например, Ворошилов, постоянно охраняемый людьми Паукера, не смог утаить от него, что его третья по счёту вилла, которая только что возникла по мановению паукеровской волшебной палочки, предназначена для восходящей звезды балета С. А связь другого члена Политбюро с женой некоего инженера, которого тот отправил в соловецкий концлагерь? А покушение супруги очень влиятельного члена Политбюро на самоубийство? А бурные семейные скандалы, происходящие на глазах молодчиков Паукера, охраняющих эти семьи? Как бы ни пыжились члены Политбюро, как бы ни изображали из себя суперменов, им было известно, чего всё это стоит в глазах Паукера.
Со Сталиным Паукер был даже более фамильярен, чем с прочими кремлёвскими сановниками. Он изучил сталинские вкусы и научился угадывать его малейшие желания. Заметив, что Сталин поглощает огромные количества грубоватой русской селёдки, Паукер начал заказывать из-за границы более изысканные сорта. Некоторые из них - так называемые "габельбиссен", немецкого посола - привели Сталина в восторг. Под эту закуску хорошо идёт русская водка; Паукер и тут не ударил в грязь лицом - он сделался постоянным собутыльником вождя. Приметив, что Сталин обожает непристойные шутки и антисемитские анекдоты, он позаботился о том, чтобы всегда иметь для него наготове их свежий запас. Как шут и рассказчик анекдотов он был неподражаем. Сталин, по природе угрюмый и не расположенный к смеху, мог смеяться до упаду.
Паукер подсмотрел, как внимательно Сталин вглядывается в своё отражение в зеркале, поправляя прическу, как он любовно приглаживает усы, - и заключил, что хозяин далеко не равнодушен к собственной внешности и совсем не отличается в этом от обычных смертных. И Паукер взял на себя заботу о сталинском гардеробе. Он проявил в этой области редкую изобретательность. Подметив, что Сталин, желая казаться повыше ростом, предпочитает обувь на высоких каблуках, Паукер решил нарастить ему ещё несколько сантиметров. Он изобрел для Сталина сапоги специального покроя с необычно высокими каблуками, частично спрятанными в задник. Натянув эти сапоги и став перед зеркалом, Сталин не скрыл удовольствия. Более того, он пошёл ещё дальше и велел Паукеру класть ему под ноги, когда он стоит на мавзолее, небольшой деревянный брусок. В результате таких ухищрений многие, видевшие Сталина издали или на газетных фотографиях, считали, что он среднего роста. В действительности его рост составлял лишь около 163 сантиметров. Чтобы поддержать иллюзию, Паукер заказал для Сталина длинную шинель, доходившую до уровня каблуков
За верную службу Сталин щедро вознаграждал своего незаменимого помощника. Он подарил ему две машины - лимузин "кадиллак" и открытый "линкольн" - и наградил его целыми шестью орденами, в том числе орденом Ленина. Но существование Паукера трудно было назвать счастливым. Он часто плакался друзьям, что у него нет личной жизни, и вообще он никогда не располагает собой. Что верно, то верно. Когда бы он ни понадобился Сталину - а это могло случиться в любое время суток - он должен был оказаться на месте или во всяком случае где-то поблизости. Что бы ни происходило в Москве - железнодорожная катастрофа или пожар, внезапная смерть члена правительства или оползень при прокладке туннеля метро - люди Паукера должны были первыми прибыть на место происшествия, а от самого Паукера требовалось немедленно и точно со всеми подробностями доложить Сталину, что случилось.
Когда же разряженный Паукер катил по Москве в своём открытом автомобиле, беспрерывно сигналя особым клаксоном, милиционеры перекрывали движение и застывали навытяжку. Виновник переполоха, преисполненный сознанием важности своей персоны, пытался придать своей незначительной физиономии суровое выражение и грозно таращил глаза.
Как-то вечером, сидя с Паукером за бутылкой, Сталин получил от наркома иностранных дел сообщение, что Чан Кай-ши начал массовые аресты китайских коммунистов и что китайские власти произвели обыск советского посольства в Пекине (дело происходило в 1927 году). Эти акции были вызваны близорукой политикой, проводившейся Сталиным в отношении Китая, и его лицемерным заигрыванием с Гоминьданом. Сталин был взбешён' "двурушничеством" Чан Кай-ши и приказал Паукеру арестовать всех китайцев, проживающих в Москве.
- А как быть с китайским посольством? - поинтересовался Паукер.
- За исключением посольских, забирай любого китайца! - уточнил Сталин. - К утру все до одного московские китайцы должны сидеть!
Паукер пустился исполнять приказ. Он мобилизовал всех сотрудников ОГПУ, кого только мог найти, и трудился ночь напролёт, хватая любого китайца, попадавшегося в руки, начиная с владельцев прачечных и кончая старым профессором, преподававшим китайский язык в Военной академии.
Наутро Паукер предстал перед Сталиным с докладом о том, что приказ выполнен. За завтраком он веселил Сталина, пересказывая ему смешные эпизоды, которыми сопровождалась операция. При этом он комично изображал испуг захваченных врасплох китайцев, имитируя их забавное произношение
Спустя несколько часов, когда утомившийся Паукер спал в своём кабинете в ОГПУ, личный секретарь Сталина поднял его с постели телефонным звонком и сообщил, что "хозяин" немедленно хочет его видеть. При этом секретарь доверительно предупредил, что хозяин не в духе.
Как оказалось, один из руководителей Коминтерна, если не ошибаюсь, Пятницкий, позвонил в сталинский секретариат и спросил, известно ли Сталину, что этой ночью арестованы все китайцы, работающие в Коминтерне, и студенты китайской национальности, обучающиеся в Коммунистическом университете трудящихся Востока.
- Значит, ты всех китайцев арестовал? - спросил Сталин, едва Паукер вошёл к нему в кабинет.
Подозревая, что случилось неладное, и не догадываясь, в чём дело, Паукер ответил, что старался не упустить ни одного.
- Ты в этом уверен? - зловеще допытывался Сталин. Паукер подтвердил: да, уверен.
- А этих из Коминтерна... и китайских студентов? Ты тоже забрал?
- Ну конечно, Иосиф Виссарионович! - воскликнул Паукер. - Я забирал их прямо из постели...
Не успел Паукер окончить фразу, как почувствовал сильный удар по лицу.
- Дурак! - выкрикнул Сталин. - Отпусти их немедленно!
Паукер выскочил как ошпаренный.
Освободив всех китайских коммунистов, Паукер возвратился в свой кабинет в ОГПУ и просидел там до ночи, не зная, ехать ли ему в Кремль, чтобы проводить Сталина на загородную дачу, или ждать, пока Сталин сам его вызовет. Похоже, что его положение сильно пошатнулось.
В час ночи на столе у Паукера зазвонил кремлёвский телефон. В трубке мягко журчал необычно любезный голос Сталина: "хозяин" удивлялся, почему Паукер не заезжает за ним. Счастливый Паукер полетел в Кремль.
Секретари Сталина встретили его игривыми улыбками и громкими поздравлениями. "В чём дело?" - "Узнаете у хозяина!"
Сталин подал вошедшему Паукеру коробочку, в которой лежал орден Красного знамени, и, пожимая ему руку, вручил также копию указа ЦИКа, гласившего, что Паукер награждается "за образцовое выполнение важного задания". Работники ОГПУ злословили по этому поводу, что Паукеру полагалось бы носить орден не на груди, а на пострадавшей

11

мустанг-
Аноним 

8 -ой, меня , еще раз повторяю, шизоидная неолиберальная вакханалия не интересует, кто кого колол, кто кого ибал, все эти выдумки оставь и читай сам. Чтобы отбирать источники надо иметь представления и элементарные знания.

Откуда материал , спаршиваешь? Да вот. Это пишет высший чин НКВД,такой же как и твой генерал Голованов

http://trst.narod.ru/orlov/oglav.htm

12

Злой
Аноним 

Владимир, мой пост выше в части значения идеологии я также хотел бы адресовать тебе. Я не о Сталине.

Капитализм - идеология больших денег. В самом названии это читается.

И Закон у них действует жестко. Иногда справедливо, но только в отношении своих граждан. Запад давно понял, что нельзя дома иметь ссор. Вспомни средние века или даже начало 20 века. Перессорились и породили соц движение. Мало не показалось. Поэтому истиное лицо капитализма они показывают за пределами Запада, в отношении Африки, нас и других стран.

Африке, конечно, помогают. Но это лишь видимость помощи. Подачка на доллар, а разграбление на миллионы. Поэтому их так раздражает Куба, например.

Но, как говорили классики, внутренние противоречия капитализма неизбежно порождают войны. Пока они успешно экспортировали войны, но все идет к тому, что и самим у себя придется разбираться оружием.

Мустанг,

с тобой я не собирался терять время. Будь здоров.

13

Ертур
Аноним 

6-му - Салем, Злой! Воспоминания Бенедиктова я читал года два назад, но с тех пор потерял ссылку, а теперь сохранил у себя. Спасибо, обязательно перечитаю.
Мустангу - а ссылки где?
Затем, выставляя такие посты, что Вы хотите сказать, вернее, к какому умозаключению привести?
Что Сталин плохой человек, и ссылаться на его деятельность как пример нельзя? Можете не стараться, не переубедите. А вступать в многостраничную полемику нет желания и возможностей, уж приношу свои извинения. Если мои догадки верны, то лучше оставим все без продолжения. Если неверны, то укажите, пожалуйста, где.
И напоследок. Сталин в те сложные годы правил в стиле военного хирурга, которому на стол попадают десятки и сотни раненных, и который сразу должен принимать решения, где нужно отрезать части, для спасения целого. В целом, как уже упоминалось неоднократно: Сталин принял полуграмотную страну с сохой, а оставил народу могучую индустриальную космическую державу с ядерным оружием (а своему семейству пару истоптанных сапог).

14

мустанг
Аноним 

Скромность Сталина Часть 2.


После смерти Аллилуевой началось строительство нескольких дач на южных курортах, предназначенных специально для Сталина. Тогда же Сталин оставил родителям жены, воспитывавшим его детей, свою прежнюю загородную резиденцию в подмосковном селе Зубалово, а сам стал пользоваться построенными для него "ближней" и "дальней" дачами. Хотя последняя посещалась им редко, на ней постоянно находились охрана и "обслуга" (это слово в лексиконе партийной элиты заменило "старорежимное" понятие "прислуга"). Наконец, в нарушение ленинского декрета, предписывавшего передачу всех крымских дворцов царской семьи и придворной аристократии под дома отдыха и санатории для народа, эти дворцы были превращены в "государственные дачи" для членов Политбюро. Дачей Сталина считался Ливадийский дворец, хотя он отдыхал в нём лишь однажды. В Воронцовском дворце проводил свой отдых Молотов.

Неизменным атрибутом образа жизни Сталина и его ближайшего окружения стали продолжавшиеся по 5-6 часов ужины, на которых в огромном количестве подавались изысканные блюда и отборные алкогольные напитки. Как вспоминает присутствовавший на некоторых из этих ужинов сын Микояна, иногда Сталин произносил по-грузински слова, обозначавшие "свежая скатерть". После этого немедленно появлялась "обслуга", которая брала скатерть с четырёх углов и уносила находившиеся на ней блюда вместе с битым хрусталем и фарфором. На новую, чистую скатерть приносились другие, только что приготовленные яства.
Жадность Сталина к материальным благам жизни, приверженность к необузданной роскоши в быту передались и его преемникам, вплоть до Горбачёва, которые - в отличие от старой большевистской гвардии - были весьма далеки от готовности разделять с народом материальные тяготы и лишения.
При всём этом официальная пропаганда настойчиво культивировала миф о бытовой скромности Сталина. Поскольку в среду кремлёвских "вождей" допускался крайне ограниченный круг лиц, этот миф укоренился даже в сознании некоторых старых большевиков. Так, Раскольников в своём дневнике писал, что "в домашнем быту Сталин - человек с потребностями ссыльнопоселенца. Он живёт просто и скромно, потому что с фанатизмом аскета отвергает жизненные блага: ни культура, ни жизненные удобства, ни еда просто его не интересуют".
Распространению представлений о непритязательности Сталина к жизненным благам способствовала книга Барбюса, в которой подчёркивалось, что Сталин "в месяц зарабатывает несколько сот рублей - скромный максимум партийного работника". По поводу этих слов Троцкий замечал, что "здесь показание Барбюса является заведомой ложью. Как и у всех высших сановников, существование Сталина обеспечено... теми материальными условиями, которые ему обеспечивает государственный аппарат: автомобили, дачи, секретари и дары природы со всех концов Советского Союза. Одни подарки, перечисляемые "Правдой", во много десятков раз превосходят ту сумму, которую называет слишком усердный Барбюс".
Эти слова находят выразительное подтверждение в воспоминаниях С. Аллилуевой, которая рассказывала, что вся зарплата Сталина "ежемесячно складывалась в пакетах у него на столе. Я не знаю, была ли у него сберегательная книжка, - наверное нет. Денег он сам не тратил, их некуда и не на что было ему тратить. Весь его быт, дачи, дома, прислуга, питание, одежда, - всё это оплачивалось государством, для чего существовало специальное управление где-то в системе МГБ (в 30-е годы - НКВД - В. Р.), а там - своя бухгалтерия, и неизвестно, сколько они тратили... Он и сам этого не знал".
Этот противоестественный образ жизни немало способствовал поразительной оторванности Сталина от действительности, его неосведомлённости о материальных условиях жизни народных масс. Особенно наглядно это выражалось в его неведении о реальном содержании денег; по словам С. И. Аллилуевой, "он не знал ни счёта современным деньгам, ни вообще сколько что стоит, - он жил своим дореволюционным представлением, что сто рублей - это колоссальная сумма. И когда он давал мне две-три тысячи рублей, - неведомо, на месяц, на полгода, или на две недели, - то считал, что даёт миллион".
В быту Сталина и других членов Политбюро причудливо сочетались как бы две эпохи - формальное отсутствие личного имущества, сохранявшееся от первых лет революции, и безграничное, бесконтрольное пользование материальными благами, зачастую не доступными даже западным миллионерам. "Всю жизнь родители прожили среди казенных вещей, - вспоминает дочь А. А. Андреева. - Всё было государственное, кроме одежды, книг, пластинок, - дача, машина, мебель, бельё, посуда, предметы обстановки. Удивительно, как мы жили, не замечая всего этого. Когда в середине 50-х годов правительство выезжало из Кремля, встал вопрос, что ни у кого нет своей мебели, и было разрешено выкупать государственную. Таким образом, родители переехали на улицу Грановского со своими столами, стульями дореволюционного образца, шкафами для книг, бельём, посудой. На старости лет они обрели свои собственные вещи, которые отсутствовали у них всю жизнь".
Формальное отсутствие личной собственности, разумеется, не утяжеляло, напротив, весьма облегчало быт бюрократической верхушки, жившей, по словам Троцкого, жизнью западноевропейских магнатов капитала. Этот вывод подтверждается более поздними наблюдениями Е. Варги, долгие годы работавшего в аппарате Коминтерна, а затем, будучи академиком, остававшегося посвящённым в быт и нравы советских верхов. В своих предсмертных записках, относящихся к началу 60-х годов, Варга писал, что вначале он расценивал гигантские различия в доходном и имущественном положении различных слоёв советского общества лишь как моральный дефект системы. Ему казалось, что число привилегированных незначительно и поэтому они не могут поглощать существенную часть национального дохода. Однако в дальнейшем он пришёл к выводу, что далеко недооценивал величину средств, которая затрачивалась государством на содержание высшего бюрократического слоя, и что эти затраты в расчёте на одного высокопостав